Архив рубрики: ФИНАНСЫ

RESPONSIBLE vs ACCOUNTABLE

Современный бизнес как никогда ускорился и усложнился. Соответственно выросли требования к сотрудникам. Наличие сильной мотивированной команды — основной критерий для выживания не только начинающих компаний, но и лидеров рынка. Как мы знаем из кейсов Yahoo, General Electric, Rambler — преимущества раннего входа и лидера отрасли совсем не гарантируют в дальнейшем успешную конкуренцию против небольших стартапов без существенных бюджетов, но с мотивированными и гибкими командами.

Что является одной из самых распространенных проблем больших компаний (помимо общего высокомерия к стартапам) — вовлеченность и ответственность за результат исполнителя подменяется отчетностью и политикой. Сотрудники просто отсиживают на работе положенное время, выполняют рутинные обязанности, составляют отчетность. Это отчитывающиеся исполнители. Единицы из них проходят дарвинистский отбор корпоративными политическими играми и поднимаются по иерархии. Селекция идет, как правило, по принципу выживаемости в корпоративных джунглях (выигрывают условные “мускулы” — хитрость, изворотливость, а не мозги).

Назначая ответственного на какой-то проект или участок, мы ожидаем, что он не просто будет сообщать о сложившихся обстоятельствах, но будет ответственным за результат. В английском есть прилагательные responsible и accountable, которые на русский переводятся одинаково — “ответственный”. Но смысл у них совсем разный.

Responsible — ответственный за что-либо, а accountable — принявший на себя ответственность. Responsible назначают сверху, а accountable принимает ответственность самостоятельно. В корпорациях большинство сотрудников responsible, а в стартапах — accountable. Первые со вторыми редко перемешаны. И те и другие чувствуют себя некомфортно в чужой среде.

Accountable сотрудник, используя собственный здравый смысл и ресурсы команды, самостоятельно преодолевает препятствия и разрешает текущие проблемы. Команда из accountable людей имеет возможность достигнуть того, что невозможно достичь даже бюджетами. Именно поэтому Google в свое время победил около 20 вышедших раньше него конкурентов, причем некоторые были с многократно большими ресурсами (корпоративными, к слову). Именно поэтому в том же СССР некоторые отрасли на много лет обогнали конкурентов из других стран — эти направления драйвили конкретные команды accountable-ответственных специалистов.

Разработка стратегической позиции компании

Что финансисты часто обходят вниманием, считая слишком не конкретным, даже аморфным? Перечислить можно наверно многое, но наиболее уязвленными, на мой взгляд, станут различные стратегические лозунги. К примеру — долгосрочная стратегия бизнеса, выражаемая в миссии и видении. Для нас, финансистов, это слишком абстрактные философские понятия, нет там строгой ясности цифр.

И действительно, что может быть менее конкретным, нежели “сделать мир лучше путем создания самой лучшей отбеливающей пасты”? Хотя нет — это вполне конкретно. Присутствует хотя бы какой-то целевой ориентир — “лучшей”. А вот реальная формулировка видения с сайта крупнейшей глобальной корпорации: “Наше видение состоит в том, чтобы развивать бизнес, сокращая наше влияние на окружающую среду и расширяя наши позитивные социальные инициативы”. Хммм…

Это хорошо для общения пиар-отдела с природоохранными фондами (да и то — там же тоже разумные люди работают, которые устают порой от пространных лозунгов, вуалирующих реальность), но не для создания долгосрочной стратегии, выраженной в конкретных цифрах и декомпозируемой на все уровни управления. Особенно, в понимании финансового директора и для применения в целях дальнейшей оцифровки стратегии. Финансовому директору, как мы знаем, необходима четкая концепция, которая позволит разработать сфокусированное видение. Причем, крайне желательно — выраженное в конкретных цифрах, а не в абстрактных словах.

По мнению Ричарда Коха, известного венчурного инвестора и автора нескольких бестселлеров по стратегии, в бизнесе существует две базовые стратегии успеха — price simplification и proposition simplification — ценовая конкуренция и продуктовое совершенствование.

Первое подразумевает развитие конкурентных преимуществ за счет минимизации цены, причем без снижения основных потребительских качеств продукта. Это стратегия таких компаний, как Uber, Ikea. В начале XX века заметным апологетом этого подхода оптимизации себестоимости и минимизации цен стала компания Ford с технологическими новаторством в виде конвейерной сборки и стандартизацией продукта. Конкурентное преимущество достигается за счет максимального снижения цены, что в свою очередь реализуется через оптимизацию производства и стандартизацию продукта.

Вторая стратегия нацелена на дифференциацию в конкурентном поле за счет уникальных потребительских качеств и дизайна продукта. Этой стратегии придерживаются Apple, Tesla, Spotify. Устойчивая рыночная позиция компании поддерживается в этом случае непрерывными инновациями в продуктовых характеристиках и идеологии бренда. Пример постановки стратегических целей показан на рисунке ниже.

Стратегия конкуренции за счет уникальных характеристик продукта заведомо более уязвима, нежели чем курс на стандартизацию и оптимизацию себестоимости производства. Всегда найдутся конкуренты, готовые полностью копировать ваши уникальные продуктовые характеристики по более низкой цене. Причем снижение цены будет достижимо за счет сравнительно более низкой себестоимости — НИОКР ведь вы уже проинвестировали за них. Да и всегда есть страны с более низкой стоимостью используемых в производстве ресурсов. И поэтому следует идти по пути снижения цены.

Стратегическое направление в снижение цены подразумевает подчинение всей деятельности компании реализации ключевых задач технологической оптимизации производства и непрерывной оптимизации компонентов юнит-экономики. Во многих отраслях сейчас происходят революционные изменения — постоянных работников заменяют фрилансерами. Да, фрилансеры-поставщики услуг страдают от отсутствия гарантированных больничных и отпускных, но зато не занимают офис и работают без минимального МРОТ. А оптимизация технологической платформы вашего бизнеса позволяет и дальше оптимизировать их функционирование (минимизация простоев и холостых прогонов, оптимизация поиска новых заказов, автоматизация отчетности и подачи на налоговые вычеты).

В основе стратегии снижения цены можно выделить два столпа — оптимизация юнит-экономики и технологическое совершенствование. Во-первых, оптимизация себестоимости в основе вашего операционного бизнеса — задача непрерывная, вписываемая в процесс бюджетирования, неотделимая от тактического планирования и реализации направлений долгосрочной стратегии. В бюджетировании мы рассматриваем для себя три уровня: 1) трехмесячное скользящее бюджетирование с ежемесячным контролем затрат и принятием решений по оптимизации составляющих юнит-экономики (уровень реального контроля затрат и управления экономикой создания продукта); 2) годовой план (уровень совета директоров); 3) долгосрочный пятилетний прогноз развития компании.

На рисунке отражен принцип циклического планирования ежемесячным уточнением прогноза на ближайшие два месяца плюс один. Таким образом, получается, что мы закрываем месяц по затратам, сравниваем факт с запланированным ранее — и уточняем план на два ранее забюджетированных месяца. И добавляем еще один месяц. В этом же процессе мы анализируем фактическую юнит-экономику.

Вторая составляющая стратегии — технологическое совершенствование платформы — реализуется межфункциональными командами. Как правило, в состав таких команд входит операционный менеджер (в нашем случае — страновой менеджер), продуктовый аналитик, один-два разработчика, иногда сотрудник финансовой службы (если есть расчет экономики, уточнение формируемых транзакций, обеспечение потока платежей, подготовка списка проводок для корректного расчета налогов, и тп).

Обычно, ключевым препятствием к реализации стратегии компании является отсутствие понимания тактических, среднесрочных и стратегических целей на уровне отдельных подразделений компании. Басня о лебеде, раке и щуке как никогда актуальна в отношении процесса, если не выработки, то реализации стратегического видения. Многие финансовые директора признаются, что часто стратегическое видение не переводится ниже — на уровни среднесрочной стратегии и на уровень тактического планирования. Иными словами, возникает проблема с декомпозицией этой цели (или этих целей) на организационные уровни с разбивкой по временные интервалы с контрольными точками.

Для успешного взаимодействия участникам межфункциональных команд следует ставить единые стратегические цели. В частности, современным эффективным инструментом постановки и приоритезации для сотрудников считается “Objectives and Key Results” (OKRs). Это система оценки деятельности сотрудников, подразделений, компании по результатам, аналог MBOs, SMART goals, KPIs. Метод предложен Джоном Дорром (John Doerr) руководству Google в первый же год существования компании. По мере того, как сотрудники переходили из компании в компанию, OKRs стал известен и распространился среди крупных технологических корпораций — Oracle, Netscape, Amazon, Flipboard, Twitter. Сейчас же даже небольшие передовые компании и стартапы внедряют OKR’ы в систему управления.

Именно OKRs позволяет провести декомпозирование стратегической перспективы в среднесрочные годовые цели (годовой план), и далее — в ежеквартальные цели (objectives) и ключевые результаты (key results). Ниже приведен пример таблицы для определения целей и ключевых результатов для операционного департамента на четвертый квартал с постановкой еженедельных плановых результатов (прогресса достижения результатов) и сравнения с фактом.

Для межфункциональных задач необходимо делать сквозные ключевые результаты — планировать комплиментарные результаты для сотрудников разных подразделений, но занятых в одних проектах. Примером может служить реализация проекта организации регулярной автоматизированной выгрузки операционных данных в систему бухгалтерского учета. В подобных проектах может быть задействован менеджер бизнес-единицы (региональный операционный директор), продуктовый менеджер, сотрудники финансовой службы, сотрудники отдела разработки.

В методе OKRs наиболее важна правильная постановка целей сотрудниками. Именно работники сами себе устанавливают цели на период. Причем цели должны быть амбициозными и сложно реализуемыми. Реализация OKR на 75% расценивается как полный успех, в то время как 100% достижение свидетельствует о недостаточной амбициозности заявленного ориентира. У целей должен быть однозначный критерий их выполнения. Желательно, чтобы это были количественные цели. Когда количественная измеримость для какой-то цели сложно реализуема — должен быть ясен критерий выполнения (да/нет — достигли / не достигли / достигли на хх%). И очень важно, чтобы цели были публичными. Если какие-то задачи должны остаться конфиденциальными даже в рамках организации, то общее древо целей и остальные цели следует сделать максимально публичными.

Таким образом, стратегическая перспектива может быть не абстракцией наподобие “сделать хорошо всем в мире”, но оцифрованным видением на каждом горизонте планирования с декомпозицией на уровни менеджеров отдельных направлений и сотрудников отделов. Соответственно, степени участия в реализации общекорпоративных целей можно установить вознаграждение — квартальное, годовое — а также повышение оклада и продвижение по карьерной лестнице.

Банально звучит, но тем не менее — стратегическое видение и перспектива развития компании должны быть в головах не только топ-менеджмента и собственников, но по всей организационной иерархии, а именно — в сознании всех без исключения сотрудников. Все должны понимать и разделять ценности и направление стратегического развития бизнеса. Помимо постоянного информирования (да-да, нудеть об этом надо постоянно) о ценностях, целях и стратегии, следует формулировать все количественные цели и вознаграждения исходя из стратегической перспективы и ее качественного цифрового отображения на всех уровнях бюджетирования.

Доля ангелов

Как стать бизнес-ангелом? Не просто меценатом для проектов семьи и друзей и тех, кому (на додефолтной стадии первых — более близкого круга просителей денег) повезло успеть втереться в доверие и получить свой кусок пирога инвестиций. Но технично и разумно инвестировать, а также выполнять свою функцию раннего инвестора (простое сравнение — можно участвовать в зачатии ребенка, можно участвовать, а потом просто давать деньги на него, а можно полноценно растить, участвовать в воспитании и делить прочие тяготы родительства). Так вот, бизнес-ангельство ближе к третьем в приведенной аналогии с взращиванием полноценного успешного члена социума.

Статистика венчурного инвестирования говорит об успешности примерно 10% проектов. Это из прошедших отбор на инвестиции — из проектов с адекватными мотивированными фаундерами (мошенники и фантазеры заведомо уже отсеяны), достаточным балансом идеи между жизненностью (то, что по-английски «be on the ground») и амбициозностью (стартап что-то кардинально меняет — способ и/или стоимость удовлетворения регулярной потребности, как правило).

Соответственно, эти 10% надо найти и просеять из 100% адекватных, но не летающих по тем или иным причинам. Таким образом, чтобы хорошо выйти из одного проекта, надо найти и проинвестировать в 10 перспективных. И их надо выбрать из потока 100-300.

При этом, понятно, что статистика 1/10 имеет серьезное математическое отклонение. Из чего следует, в свою очередь, что если инвестировать в 10 проектов, то велик шанс остаться без того единственного успешного экзита. Соответственно, надо инвестировать в 25-30 проектов, чтобы через 3-5 лет получить свои 2-4 экзита с х10-30 и IRR 20-25% годовых в валюте.

Тут разумный бизнес-ангел закономерно делает вывод, что для отбора примерно 30 проектов и работы с ними ему необходим какой-то саппорт — административный аппарат из 1-2 доверенных помощников, которые найти и просеить поток потенциальных проектов согласно инвестиционной стратегии патрона. Да не просто просеивать, а смогут делать вполне серьезный первичный инвестиционный анализ. А после отбора еще и сопровождать портфельные инвестиции в техническом плане (юридические вопросы на первичном этапе, вопросы корпоративного управления — в дальнейшем).

В любом случае, бизнес-ангелу придется выступать инвестиционным комитетом из одного себя и выбрать свои 25-30 проектов из отобранных помощником(ами) 75-100. Для этого надо будет пообщаться с фаундерами и прочитать их презентации, провести быстрый ресерч и, скорее всего, проверку референсов. На проект это, в любом случае, порядка 3-4 часов чистого времени, минимум. Простая математика приводит к расчету примерно 10 часов на инвестицию, да и то — при условии наличия адекватных и надежных помощников.

После чего отдыхать тоже не получится — будет сопровождение своих инвестиций. Чтение и подписание юридических документов, анализ провалов и переговоры по ним (о, это много времени съест, даже если минимизировать свою вовлеченность), менторская работа и использование своего нетворка по просьбе фаундеров/менеджмента проектов, прочтение документов до старшим раундам успешных проектов (приятное, но также сильно пожирающее время и энергию занятие), анализ показателей и планирование экзитов, и тд и тп.

Короче, быть ангельским венчурным инвестором совсем непросто и сильно затратно эмоционально и физически. Это помимо формального обязательного требования к наличию опыта в венчурном бизнесе, 25-30к долл на проект (соответственно, около 700-900к долл всего «не последних» денег в моменте на бизнес-ангельство) и экспертизы в нескольких отраслях, выбранных для инвестирования.

О стратегии (кратко)

Два типа успешной стратегии в основе бизнеса — совершенствование продукта (proposition simplification) или снижение цены (price simplification). Эти принципы описаны Ричардом Кохом в книге “Сила упрощения: Ключ к достижению феноменального успеха в бизнесе и карьере”.

Первая стратегия предполагает непрерывное совершенствование товара и победа в конкурентной борьбе за счет дизайна и уникальных качеств продукта. Это стратегия Apple, Tesla, Spotify.

Стратегия снижения цены предполагает максимальную стандартизацию продукта с целью снижения цены (желательно, в несколько раз относительно конкурентов, работающих по первой базовой стратегии — совершенствования дизайна продукта). Это путь таких компаний, как Uber, Ikea, Ford.  

Вторая упомянутая стратегия подразумевает сохранение базовых потребительских качеств продукта (удовлетворение соответствующей потребительской потребности). Это достигается за счет постоянной оптимизации юнит-экономики в основе продукта.

Оптимизация юнит-экономики достигается за счет эффекта масштаба и технологических новаций в создании продукта. Ежегодное снижение цены на 10% позволит снизить цену продукта более чем на 40% за 5 лет. Это стратегическое видение, выраженное в конкретной количественной целе.

Далее необходимо декомпозировать эту цель в среднесрочную стратегию и тактические цели по отдельным направлениям (развитие продукта, привлечение и обслуживание клиентов, оптимизация процессов).

Инструментарий для реализации стратегического видения: 1) финансовая модель на 5 лет, стратегический план на год, скользящее бюджетирование на 3 месяца; 2) уточнение бюджетов на основе фактических цифр (бюджетирование по принципу циклической обратной связи); 3) методология OKRs (Objectives and Key Results — OKRs).

Бюджетирование должно строиться на циклическом принципе — расчет юнит-экономики, бюджетирование, закрытие периода, перерасчет юнит-экономики, уточнение бюджетов. Новый цикл.

В основе мотивации ответственных за ключевые подразделения (продукт, продажи, технологии) должна быть прямая постановка приоритетов на среднесрочные цели и стратегическое видение — оптимизация юнит-экономики, эффективность процессов, снижение цены реализации. Все, что не вносит вклад в реализацию стратегических приоритетов — должно быть выведено на вторичный контур приоритетов (задачи реализуемые только после выполнения приоритетных — ключевых для достижения основных целей).

Нижним (и самым важным) уровнем целеполагания является тактическое планирование на квартал — постановка квартальных OKRs. Необходимо установить от одной до трех ключевых целей, далее в рамках каждой выделить от трех до пяти результатов.

Прогресс достижения целей обсуждается на еженедельной основе в команде с участием непосредственного и вышестоящего руководителя. Необходимо ставить четко сформулированные и количественно измеримые списки задач на 2-3 недели вперед и честно оценивать их реализацию.

Кстати, в agile-организации руководитель выступает в роли ментора или коуча, реже — арбитра, практически никогда — в роли классического линейного руководителя-надзирателя.

Beyond Budgeting в Минске

Пара мыслей по итогам конференции Бюджетирование 4.0: Beyond Budgeting от CFOs Territory.

  • Для оценка деятельности менеджмента — убрать макроэкономические и прочие внешние факторы и научиться оценивать деятельность менеджмента только по «совокупности ценных/целевых действий».
  • Оценка эффективности приобретения ресурса: найти бенчмарк (идеальный вариант) и в сравнении с ним оценивать деятельность сотрудников, ответственных по каждому параметру юнит-экономики — по динамике оптимизации расходов на составляющие.
  • Собственники и прочий топ-менеджмент всегда недовольны экономистами — бюджеты и прогнозы всегда неточны, а управленческий учет вечно запаздывает в каких-то задачах и участках. Что делать? Объяснять специфику, выстраивать партнерские отношения и доверие.
  • Все затраты можно считать условно переменными (даже классические постоянные) — тк если бизнес растет существенно (или падает), то и фиксы типа административного офиса становятся переменными.
  • Стратегическое и тактическое планирование надо делегировать операционным менеджерам на местах. Должны быть лимиты безусловного принятия решений по определенным спискам затрат. В современной цифровой экономике риски ошибочных решений значительно ниже убытка от запаздывания в принятии решений, особенно — для проверки гипотез. Надо убрать администрирование этого с превентивного на постфактум.

GDPR: Как работать с новыми принципами защиты персональных данных ЕС?

Обсуждение вопроса началось в разных странах около 40 лет назад. В мире драйверами процессов по усилению законодательства в области защиты персональных данных стали ЕС, США, Индия. Последние притормозили. А вот та же Россия в этом вопросе на передовой прогресса юридической мысли. Как и Евросоюз. Кстати, российский 152ФЗ по сути и духу очень похож на GDPR. Писали параллельно, исходя из одинаковых вводных.

GDPR имеет отношение к тем, кто так или иначе взаимодействует с физическими лицами на территории ЕС — в тч не только для продажи товаров, но для сбора геоданных на территории ЕС мобильными приложениями.

Важно, что под действие законодательства GDPR подпадают не только граждане ЕС, но любые физические лица, которые переступили границу ЕС. В том числе, под закон попадает использование баз данных потребителей из ЕС.

Для сугубо российских сервисов: Если гражданин ЕС приехал в Россию, скачал мобильное приложение, то это НЕ будет попаданием под GDPR. Это рассматривается как случайное использование и не расценивается как нарушение GDPR. Неслучайным будет — если вы станете целенаправленно собирать данные именно жителей ЕС и делать на них таргетированную рекламу. Другое дело, что законоприменительной и судебной практики почти нет, поэтому все подобные умозаключения остаются сугубо экспертным мнением.

Privacy policy должно быть на языке простом и понятном для любого пользователя. Соответственно, для голландца правила должны быть на голландском языке, причем без канцеляризмов, сложных юридических и специализированных терминов.

Штрафы очень высоки (4% от оборота или до 20 млн евро), но направлены не на уничтожение бизнеса, а на мотивацию к предотвращению нарушений. Размер назначается исходя из размера бизнеса. Соответственно, штраф в 20 млн евро не назначат компании с выручкой 5 млн в год.

Под персональные данные подпадают любые куки и даже временные id. Другое дело, что такие данные будут приниматься как подпадающие под закон GDPR только если компания собирает их целенаправленно, систематически, массово и для использования в бизнес-процессах. Очень важный момент — целенаправленность сбора и сохранения персональных данных.

Ранее собранные большие данные в обезличенном виде могут ли продаваться или передаваться третьим лицам для НИОКР и проч? Только если предварительно было получено разрешение (галочка) на эту возможность в будущем.

Хранить персональные данные физических лиц по GDPR можно и вне ЕС, если компания, предоставляющая серверные услуги, условно соответствует требованиям (по сути, формальные признаки — не однодневка, наличие сайта, специализация на этих услугах). И DPO — data protection officer — можно аутсорсить, таких услуг уже много.

Общий вывод — бояться GDPR не стоит, тем более это не причина отказываться от европейского бизнеса, если в нем с коммерческой точки зрения есть толк.

Дискуссия про венчурные инвестиции (CFA Association)

Продолжаю вести тезисные отчеты с мероприятий. На этот раз с дискуссии про венчур, организованной CFA Association Russia.

Ч.1. Обсуждение различий VC в Европе и Америке, и не только.

Дмитрий Алимов, Frontier Ventures
Илья Дубинский, SpeedInvest

Америка впереди Европы в венчуре лет на 30-40 (а Россия отстает от Европы в свою очередь на 20 лет). Соответственно, на порядок больше серийных предпринимателей. Кроме того, единый рынок по регулированию и нет языковой сегментации. В этом плане Юго-Восточная Азия похожа на Европу — тоже сегментирована национальными и языковыми границами, но ниже уровень жизни и больше дифференциация в правовом поле.

«На seed раунде приносить инвестору финансовую модель — смешно. Не стоит фокусироваться на этом, и тратить время.» Алимов

В России и Европе часто грешат усложнением конструкций сделок (юридической) — и это создает компании и их инвесторам проблемы на более поздних этапах. Надо максимально использовать стандартные конструкции.

В Америке уже не только Кремниевая долина — появились другие хабы. Это Лос-Анджелес (выход Snap на IPO дал много ликвидности региону — сотни сотрудников обкэшили опционы и стали ангелами), Нью-Йорк (тут традиционно рекламные и финансовые стартапы чувствуют себя лучше), Сиэтл ( Майкрософт и Амазон там), ряд других.

Ч.2. Пленарная дискуссия.

Дмитрий Гальперин, Runa Capital
Дмитрий Смирнов, Flint Capital
Алексей Жуков, PWC
Максим Шаврыгин, iTech Capital

Из российских успешных проектов значительно сложнее выйти. С рынка вымылась ликвидность. Поэтому волей неволей успешные фонды идут на другие рынки.

До санкций российский рынок был похож на большой локальный европейский рынок — типа немецкого — предприниматели фокусируются на локальном. Сейчас появляется тенденция к повороту на глобальное мышление (внутренний страновой стартап не интересен инвесторам).

В этом плане из России хорошо стартовать по причине наличия и относительной дешевизны квалифицированных специалистов — программистов, инженеров и проч. Но сразу надо ориентироваться на глобальный рынок.

При выборе и оценке проекта ориентируются на фаундеров, их бэкграунд, мнение о них на рынке. По сути — субьективная оценка на индивидуальном прошлом опыте управляющего партнера фонда.

«Три слагаемых для фаундера: нетворк, репутация, опыт. Каждый день должен тратиться на усиление каждого из трех слагаемых.» Дмитрий Смирнов, Flint Capital

Гальперин: Самые лучшие сделки приходят не с улицы, а из нетворка. В России вообще очень мало сделок «с улицы» строится.

Договариваться по всем условиям надо с самого начала, потом передоговориться будет значительно сложнее и рискованнее. Дмитрий Гальперин (Runa Capital) рекомендует ориентироваться на американский стандартный term sheet — легче договариваться и меньше рисков на будущее.

Алексей Жуков (PWC): Выросла неопределенность и связанные юридические риски из-за повсеместного развития налогового законодательства с прозрачностью и обменом информацией. Например, нет общепризнанного понимания, кто контролирующее лицо у фонда — GP, LP или какая-то альтернатива. Сложно просчитать (предсказать) все риски по SPV (юрисдикции холдинговой компании проекта).

Куда идти в России на старте фаундеру за деньгами: ангелы (платформы и мероприятия), ФРИИ. Фонды уже давно не рассматривают pre-seed и даже seed. Стандартная схема: FFF, ангелы, гранты и ФРИИ, фонды.

Вообще, вся венчурная индустрия двигается outliers — гениями и дисрапторами. Надо быть таким, пилить продукт и искать деньги. Все одновременно.

ICO vs VC

ICO — Initial Coin Offering, по-русски “первичное размещение монет” — должно скорее называться ITO или Initial Token Offering, поскольку выпускаются именно токены. Про венчурные инвестиции и фонды (VC — venture capital) у меня написано много, повторяться не буду — см предыдущие статьи.

В чем же отличия ICO от венчурного финансирования. VC (venture capital) — это классический (со всеми преимуществами и недостатками традиционного и устоявшегося) подход к инвестициям в стартапы, а ICO — современный тренд.

VC-фонды и ангелы создали Кремниевую долину и саму основу для перехода от постиндустриальной к цифровой экономике. ICO — это новое веяние, попытка демократизировать клубную венчурную индустрию.

При ICO вместо долларов и евро в ход идут криптовалюты (биткоины, эфириумы и прочая криптоживность), а доли и акции заменены токенами. Ближайшая аналогия для понимания сути токенов — это мили авиакомпаний, которые накапливаются или покупаются и могут быть обменены на перелеты или другие услуги.

Не претендуя на академичность и полноту привожу несколько мыслей о различиях в природе ICO и VC:

  1. Венчурный рынок закрыт — только аккредитованные, приглашенные инвесторы могут стать limited partners (пассивными инвесторами, формирующими основной капитал венчурного фонда). В ICO можно зайти “с улицы” (ну или “почти с улицы”). Это ведет к демократизации рынка венчурного финансирования. Явный плюс для всех (кроме фондовых менеджеров) — и для проектов, и для инвесторов.
  2. Но эта же демократизация спровоцировала скамы. Скам — это мошенничество. Часто — непредвиденное, непредумышленное. Команды, зачастую не обладающие достаточной квалификацией, подняли много денег в прошлом году. Далее последовали неубедительные попытки реализации заявленных планов (к слову — совершенно “бумажных” заявлений, не подкрепленных не то что прототипами, а даже банальными рыночными исследованиями). В некоторых же случаях фаундеры просто исчезали, даже не попытавшись реализовать проект. На рынке наступило отрезвление.
  3. Менеджеры венчурных фондов накопили порядочный опыт. В этой весьма закрытой отрасли эффективно работают внутренние механизмы отсева (через сарафанное радио и нетворкинг), происходит эволюционное развитие следующих поколений компаний и отраслевых специалистов через менторство и горизонтальный обмен опытом. В случае ICO экспертиза фондов по отбору и выращиванию команд и проектов должна быть заменена чем-то аналогичным
  4. Между тем, в венчурную индустрию не только сложно попасть. Из нее непросто и выйти. В этом однозначно лучше участие в эмиссии токенов. Инвестор имеет возможность (хотя бы зачастую только декларативную) “выхода” (продажи доли и выхода в кэш) из инвестиции в ICO в любой момент, тогда как в венчурном фонде инвестор “зависает” на 5-10 лет. Понятно, стоит рассматривать только обращающиеся на биржах токены.
  5. Минимальная инвестиция в ICO раньше была любой, сейчас же, как и фонды в венчурной индустрии, ICO-проекты накладывают ограничения на минимальный тикет (размер входной инвестиции). TON (проект Telegram) установил тикет в размере 25 млн долл.
  6. В VC обычно smart money — “умные деньги”. Это инвесторы, которые понимают риски стартапов и вообще технологический бизнес как таковой. В ICO — обычно деньги более рисковые, авантюрные, серые. Деньги, которые не допускались, отсеивались “на подступах” венчурными фондами. Сейчас и в ICO ситуация меняется — основные юрисдикции внедряют для ICO те же KYC (Know Your Customer — процедура комплайенса, оценки клиентов по истории происхождения средств) и регулирование выпуска токенов.

Между тем, масштабы венчурной отрасли и проведенных к настоящему моменту ICO пока несравнимы. В 2017 году 84 млрд долл было инвестировано в классической венчурной индустрии — против 4 млрд долл в ICO. Но вспомним, что известной нам венчурной индустрии несколько десятков лет, а ICO — только два года.  

Сейчас происходит переосмысление сути ICO. Проектов значительно меньше, но качество выросло. Лучший пример — TON на платформе Telegram Павла Дурова. Разработка и принятие большей частью стран-участниц отрасли криптовалютного и связанного инвестиционного законодательства в 2018-19 гг должно привести к возмужанию отрасли и последующему приходу в нее серьезных институциональных инвесторов. Ждем повышения качества и снижения рисков, рассчитывая на сохранение основного преимущества ICO — простоты входа и выхода.

SaveSave

SaveSave

SaveSave

SaveSave

Как оформить инвестиции

Types of legal scheme.jpg

Кратко насчет юридического оформления инвестиций в российское ООО. В этот раз постараюсь сжато описать способы финансирования от физического лица (ангела) в российское ООО на раннем этапе проекта.

Во-первых, это конечно заем. Заем может быть как процентным, так и беспроцентным. Предполагается, что сумма займа будет возвращена по истечению заранее установленного периода времени (на практике подобные «партнерские займы» оформляются с длительным сроком возврата, например 2-3 года).

Полученные денежные средства не считаются доходом компании и не учитываются при налогообложении, а в случае выплаты процентов могут уменьшать налогооблагаемую базу.

Инвесторы часто предпочитают давать займ (который, согласно закону, когда-то потребуется вернуть) помимо оговоренной доли в уставном капитале ООО. Таким образом можно зафиксировать горизонт инвестирования и обеспечить диалог с фаундерами на каждую дату пролонгации. Кроме того, это достаточно прямолинейный механизм защиты против “down round” (очередной раунд или поглощение стратегом по оценке ниже оценки входа инвестора).

Во-вторых, инвестиции в виде вклада инвестора в уставный капитал компании. Базово — самый простой и понятный способ, но не всегда возможный (компания еще не создана или инвестор на данном этапе не может зайти по каким-либо причинам).

В плане налогообложения внесение вкладов в УК не влечет никаких налоговых последствий.

В-третьих, предоставление инвестиций по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности). Особенностью данного вида совместной деятельности является то, что её участниками могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

В-четвертых, комбинированная инвестиционная схема. Тут суть в том, что инвестор предоставляет заём за долю в компании в будущем. Это современный способ инвестирования, который в равной мере учитывает интересы стартапа и инвестора.

Гибкость этой схемы заключается в том, что предварительный договор купли-продажи доли в ООО подлежит исполнению только при наступлении тн отлагательного условия — обычно после выхода проекта на окупаемость. Условия договора займа при этом будут аналогичны рассмотренным выше.

Существует мнение, что возможно предоставление инвестиций через договор инвестирования (целевое финансирование). Это не так. В настоящее время должного правового регулирования у этого вида договора нет, и на практике можно столкнуться с проблемами его реализации. И касательно налогообложения – как правило, полученные денежные средства признаются доходом компании и попадают под налогообложение.

 

Agile (ч. I)

Screen Shot 2018-06-02 at 13.59.39.png

Вопреки распространенному убеждению, agile — это не только для программистов и создания кода. Это общая технология работы — подход, который можно успешно применять и в других функциональных подразделениях организации. В частности — в финансовой службе.

Agile — это вообще о чем?

Agile — “проворный”, “быстрый”, “расторопный”, в переводе с английского.

Суть в том, что не надо сразу, с наскока пытаться сделать идеальный продукт. Лучше пробовать, тестировать, ошибаться и учиться на ошибках.

Это подход к работе, когда большие проекты/процессы разбиваются на много сравнительно быстро реализуемых этапов с понятными количественными (или качественными, но однозначно оцениваемыми) критериями выполнения.

Это деятельность по принципу итераций — регулярного выполнения последовательности действий — как в программировании. Такой метод организации работы позволяет быстро ошибаться, и соответственно — быстро учиться за счет получения обратной связи.

Цикл выглядит так: Запланировать — Сделать — Получить обратную связь — Проанализировать — Внести коррективы. Повторить цикл.  

Работает это для организации творческой деятельности квалифицированных специалистов со сравнительно демократическим стилем управления компанией.

Скоро напишу про задачи и требуемые компетенции agile-финдира в цифровой экономике. Stay tuned!)