Архив рубрики: ЭКОНОМИКА

Будущее работы

Jesus College Cambrige совместно с KPMG и Harvey Nash опубликовали отчет о совместной конференции, который тянет на полноценное исследование о будущем работы:   https://assets.kpmg.com/content/dam/kpmg/fr/pdf/2017/05/fr-Future-Of-Work-report.pdf

Достаточно много хорошо визуализированной даты на тему развития рынка труда дальше в сторону повышения доли самозанятости, снижения рабочих часов, роботизации рутинного труда и соответствующего увеличения доли творческих профессий.

Авторы замечают, что, несмотря на снижение количества официальных рабочих часов, мы все больше будем проводить времени в офисе — и дальше будет стираться грань между работой и досугом. Офисы станут больше похожи на общие социальные пространства — места, где можно не просто комфортно работать, но и отдыхать, общаться, заниматься своими делами, и даже спать.

Основной чертой компании будущего должна стать ее открытость сотрудникам — поощрение творчества и конкуренция за таланты заставит давать больше свободы. К свободе будет относиться не только свободный график посещения офиса, но и открытая возможность заниматься спортом и напрямую не связанным с непосредственными обязанностями увлечениями — например, вести авторский блог или заниматься социальными проектами.

В свою очередь, будет размываться традиционное разделение на работу и дом — работа уже будет не с 9 до 18. Нормальным станет работать пару дней с 9 до 21 или с 12 до 22, потом брать свободный день (в который все равно будут “работать”-креативить, но со сменой обстановки, вне офиса и дома). Или работать три-четыре дня в неделю, возможно даже с проведением всего времени в “офисе”. Все больше будут стираться национальные границы, традиционные локальные бизнесы будут становиться глобальными или уступят место более гибким новичкам с изначально интернациональным подходом. А дальнейшее удешевление скоростного транспорта и исчезновение визовых барьеров приведет к самостоятельной миграции сотрудников по международным офисам компании для совмещения работы-творчества и досуга.

Несмотря на повышение доли фрилансеров в экономике, авторы доклада отмечают, что люди не стремятся массово становиться фрилансерами по причине связанных с этим рисков — отсутствие гарантированной занятости и фиксированной оплаты, социальных гарантий и нематериальных вознаграждений сотрудников, находящихся на трудовых контрактах. Поэтому в будущем высока вероятность развития не по пути самоорганизующихся неформальных творческих коллективов, а в сторону укрупнения глобальных корпораций.

GDPR: Как работать с новыми принципами защиты персональных данных ЕС?

Обсуждение вопроса началось в разных странах около 40 лет назад. В мире драйверами процессов по усилению законодательства в области защиты персональных данных стали ЕС, США, Индия. Последние притормозили. А вот та же Россия в этом вопросе на передовой прогресса юридической мысли. Как и Евросоюз. Кстати, российский 152ФЗ по сути и духу очень похож на GDPR. Писали параллельно, исходя из одинаковых вводных.

GDPR имеет отношение к тем, кто так или иначе взаимодействует с физическими лицами на территории ЕС — в тч не только для продажи товаров, но для сбора геоданных на территории ЕС мобильными приложениями.

Важно, что под действие законодательства GDPR подпадают не только граждане ЕС, но любые физические лица, которые переступили границу ЕС. В том числе, под закон попадает использование баз данных потребителей из ЕС.

Для сугубо российских сервисов: Если гражданин ЕС приехал в Россию, скачал мобильное приложение, то это НЕ будет попаданием под GDPR. Это рассматривается как случайное использование и не расценивается как нарушение GDPR. Неслучайным будет — если вы станете целенаправленно собирать данные именно жителей ЕС и делать на них таргетированную рекламу. Другое дело, что законоприменительной и судебной практики почти нет, поэтому все подобные умозаключения остаются сугубо экспертным мнением.

Privacy policy должно быть на языке простом и понятном для любого пользователя. Соответственно, для голландца правила должны быть на голландском языке, причем без канцеляризмов, сложных юридических и специализированных терминов.

Штрафы очень высоки (4% от оборота или до 20 млн евро), но направлены не на уничтожение бизнеса, а на мотивацию к предотвращению нарушений. Размер назначается исходя из размера бизнеса. Соответственно, штраф в 20 млн евро не назначат компании с выручкой 5 млн в год.

Под персональные данные подпадают любые куки и даже временные id. Другое дело, что такие данные будут приниматься как подпадающие под закон GDPR только если компания собирает их целенаправленно, систематически, массово и для использования в бизнес-процессах. Очень важный момент — целенаправленность сбора и сохранения персональных данных.

Ранее собранные большие данные в обезличенном виде могут ли продаваться или передаваться третьим лицам для НИОКР и проч? Только если предварительно было получено разрешение (галочка) на эту возможность в будущем.

Хранить персональные данные физических лиц по GDPR можно и вне ЕС, если компания, предоставляющая серверные услуги, условно соответствует требованиям (по сути, формальные признаки — не однодневка, наличие сайта, специализация на этих услугах). И DPO — data protection officer — можно аутсорсить, таких услуг уже много.

Общий вывод — бояться GDPR не стоит, тем более это не причина отказываться от европейского бизнеса, если в нем с коммерческой точки зрения есть толк.

Платформинг

Множество вещей вокруг нас не используется даже на четверть — здания и квартиры пустуют (офисы ночью, квартиры днем), машины стоят на парковке, инструмент лежит, вещи пылятся. По статистике, ремонтный инструмент (молоток, отвертки и тп), покупаемый “на всякий случай” домой, используется всего 7 минут за жизнь. Все это активы, которые не используются.

Даже утилизация работников в компании далека от эффективной. Маркетолог или юрист далеко не всегда загружены. Офис-менеджеры и секретари часто проводят время за личными делами — чтением соцсетей или играми. Будущее за оптимизацией работы и отдыха. Тогда можно будет сократить рабочий день (и рабочую неделю) и существенно повысить производительность — это в интересах как работников (гибкий график, управление нагрузкой, улучшение баланса “жизнь-работа”), так и компаний (получение сервиса по необходимости — on-demand, повышение эффективности человекочаса работы, улучшение юнит-экономики).

И еще момент. Банальный уже для некоторых, но неочевидный на практике для большинства. Продавать надо не товары, а решение проблем. Например, я слышал от производителя шин, что они перестали торговать покрышками, а перешли на предоставление сервиса — возможность гарантированно безопасно проехать 20 тыс км. Соответственно, и молоток нужен не ради самого себя, и даже не ради забитого гвоздя, а для висящей на стене картины или светильника. Сегодня для подобного есть сервисы, предлагающие вызвать умельца с инструментом на дом по необходимости — тот же on-demand. Не надо покупать и всю жизнь хранить (и перевозить еще из квартиры в квартиру) набор инструментов, не требуется уметь сделать дырку в стене, забить гвоздь или ввинтить шуруп.

Недавнее исследование ВШЭ и Центра стратегических разработок (https://www.csr.ru/wp-content/uploads/2018/05/Doklad-novye-dengi.pdf) определяет одной из основных характеристик новой технологической революции, наравне с новыми производственными технологиями и цифровизацией, “переход к платформенным решениям, меняющим архитектуры рынков”.

Платформы будут организовывать качественный сервис по требованию заказчиков с одной стороны и предложение квалифицированной (и не очень) рабочей силы (переезд, доставка, уборка, сборка, ремонт, и тд), профессиональных услуг (юридические, маркетинговые, бухгалтерские, проч), решения задач (обеспечить безопасную дорогу в 20 тыс км, например) с другой стороны — когда всем сторонам это будет необходимо, и именно в том объеме, который требуется.

В этой экономике государственное регулирование имеет серьезное значение. Тут стоит отметить, что “лучше бы не мешали”. К примеру, в Европе таксомоторную отрасль лелеют и холят так, что напрашиваются нелестные для регуляторов некоторых стран выводы о нерыночных ограничениях и недальновидных политических мотивах. Лучше бы позволили бизнесу делать качественный конкурентоспособный сервис для потребителей. Это вполне обеспечивают моносервисные платформы — те же агрегаторы такси.

Да, платформы по своей сути — это те самые маркетплейсы. Сейчас несколько обесценили, замусолили термин “маркетплейс” — слишком многие притворялись маркетплейсами, не являясь в реальности таковыми. Поэтому переходим с избитого “маркетплейсы” на платформы и платформинг.

Почему же моно-, а не мульти- сервисные/продуктовые платформы? Чем хуже вчерашние онлайновые доски объявлений? Вроде бы с точки зрения бизнеса они выбирают путь повышения отдачи от потребителя — новый пользователь приходит найти курьера отвезти забытые ключи, потом там же через месяц ищет сантехника, потом — няню или репетитора. Мультисервисность сервисов улучшает их когорты — повторное использование сервиса привлеченным один раз клиентом. Это ненадолго.

Эволюционное усложнение продукта и рост ожиданий со стороны как поставщиков, так и потребителей органически приводит к фокусировке на отдельном сервисе. Моносервисная платформа обеспечивает качественный комодитизированный (commoditized — от commodity, массовый обезличенный товар) сервис-продукт. Работает неизменное для всех видов деятельности правило многократного повторения и специализации для достижения стабильного качества по максимально низкой цене.

Сосредоточенность на одном продукте и его исполнителях повышает качество, и в конечном счете — удержание клиента там будет лучше. Мультисервисные платформы создают рынок, прививают привычку искать сервисы и продукты по необходимости, on-demand. Дальше же произойдет сегментация и выделение платформ-специалистов (доставка, ремонт, помощь по дому, уход за детьми и престарелыми, профессиональные услуги, и проч).

Согласно оценке Data Insight и Авито рынок услуг и товаров peer-to-peer (от человека человеку) в России много больше потенциала онлайн-торговли — примерно в 5 раз. Самое время изучать потребности и — взрывать, дисраптить (disrapt — разрушать, порывать) традиционные секторы предложением услуг по требованию, а вещей — по необходимости.

Уверен, все, что теоретически может быть автоматизировано и переведено на p2p платформы — будет переведено на них в скором будущем. Очень многое перейдет на шеринг и платформинг (sharing and platforming).

 

PS

Менеджеры мультисервисных платформ предполагают, что их детища заменят поисковики в интернете. Что вместо гугления потребитель будет размещать объявление о потребности — чтобы не тратить время на самостоятельный поиск и фильтрацию.

При том, что сейчас бизнес-модель этих сервисов как раз оставляет просев отзывов на пользователя. Как бы там ни было, предположим, что их продукт действительно эволюционирует подобным образом.

Но дальше услугу — требуемый сервис — будет предоставлять монопродуктовая платформа, а не доска объявлений-поисковик. История показала, что пользователь очень быстро отвыкает заказывать такси заранее и ждать более 5 минут — а для этого необходима концентрация сервис-провайдеров и максимальная автоматизация процесса.

Попробуйте представить сейчас размещение заявки на такси на авито или youdo, просмотр отзывов, общение в чате по поводу цены?! А ведь еще 10 лет назад мы делали именно это — искали оживленную улицу, поднимали руку, машины останавливались, проводился торг в реальном времени…

SaveSave

Логика vs эмоции

Ship.jpg

Этот пост созрел после прочтения статьи Republic “Государство vs свобода. К истокам спора Чубайса с Авеном” и комментариев к ней.

Для тех, кто не успевает или не может ознакомиться со статьей. В книге “Время Березовского” Авена приводятся интервью со знакомыми автору людьми той эпохи — в частности, текст беседы с Чубайсом. В ходе разговора возникает дискуссия о противоречии интересов государства и личности. Чубайс проповедует примат общего над частным — государство и общество важнее прав и свобод отдельного индивида, а Авен не соглашается, сравнивая такую позицию с мышлением раба. Автор статьи далее рассматривает историческую основу спора, упоминая Локка и Гоббса, русских философов XIX века, и проч.

Как водится, сильнее всего слышно яростных апологетов каждой из точек зрения. Такие черные и белые — крайние позиции. А срединных нет. Сторонники свободы сводят цели государства к сбору налогов и установке режима через армию-полицию, жалуясь на притеснения и в целом бесполезность, а государственники указывают на эгоизм оппонентов и стремление выдать свои интересы за устремления большинства. Центристских суждений нет, тк те люди (другими) делами заняты.

Мое мнение тут простое, основано оно на опыте и логике. Государство — это конструкция для управления большими группами людей и взаимодействия с другими подобными группами. Оно всегда будет ограничивать свободу отдельных индивидов. А отдельные личности с подростковым максимализмом будут бунтовать просто из духа противоречия.  

Думаю, каждому здравомыслящему человеку понятно, что свобода личная в любом случае ограничена. Мы же все понимаем, хотя бы подсознательно, что наша свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека. И наоборот. В первобытном обществе тоже не было демократии — было право сильного и определенный ценз большинства. На этой основе все законы и государства в дальнейшем и организовались — просто произошло развитие и усложнение системы.

Я абсолютно уверен, что в любом обществе и при любом строе останутся люди, которые будут антагонистами и станут об этом громко заявлять. А в силу того, что большая часть социума при этом не будет выражать какого-либо мнения громко — просто потому, что они не считают свои права нарушенными, им комфортно, и они занимаются своими (прочими) делами — в этой ситуации шумящие будут заметны. И, как водится, шумящие всегда будут пытаться завербовать максимальное количество сторонников для поддержки своего дела. Понятно, что у этих шумящих-то могут быть и совсем иные мотивы, нежели чем то, о чем они заявляют вслух.

Причем я ни в коем случае не хочу сказать, что не должно быть свободы слова. Должна быть, без нее никак. Только на этой основе можно строить сколько-нибудь здоровое общество. Но, как мы знаем, кухарка не может управлять государством. А если в экипаже корабля все будут равны, если не будет капитана — крушение практически неизбежно. И для занятия поста капитана надо сначала пройти обучение, сдать экзамены и получить лицензию, пройти определенные этапы и накопить опыт… Ну думаю, вы поняли, к чему я.

Другое дело, что надо создать и поддерживать сбалансированный механизм прямого и косвенного общественного контроля за теми же государственными структурами — не допускать коррупцию, злоупотребление полномочиями, использования власти в личных целях. Банальные, но все еще очень актуальные для человечества вещи.

Но пока людьми, их суждениями и поступками, управляют химические реакции и вещества (допамин, серотонин и прочие нейромедиаторы), а не логика, пока мы не перейдем на новый уровень развития (перестанем быть биологическими существами, например) — едва ли что-то кардинально поменяется. Все также в базе всех отношений и мотивов будут превалировать стремление к доминированию, зависть, корысть, и тд. К сожалению.  

Юнит-экономика ч.II

Часто бывает, что на начальном этапе проекта юнит-экономика не сходится — создание и реализация каждой единицы продукта обходится дороже цены для потребителя. Важно четко понимать, когда, на какой стадии проекта, экономика должна начать сходиться.

Желательно, чтобы это достигалось за счет снижения доли прямых расходов, а не за счет потенциального роста тарифа (цены).

Только за счет снижения издержек вследствие экономии на масштабе разумно планировать юнит-экономику!

Ведь если вы планируете это делать стратегией «выжженной земли» — ценовых войн с целью в последующем отыграться за счет потребителя — очень вероятно, что появится конкурент с более глубоким, чем у вас, карманом, и поверженным окажется ваш проект.

Бывает, стратегия ценовой войны (по сути — дотации потребителя) приводит к созданию рынка, на котором ваш продукт останется убыточным навсегда. Это можно представить в виде спирали снижения цен в результате ценовой войны между крупными конгломератами — онлайн-ретейлерами наподобие Alibaba, например. Естественно, даже в этом случае «за музыку платит» потребитель, но через смежные товары или услуги. Например, в Китае логистика интернет-торговли спонсируется из маржи е-коммерца. Это инфраструктура, которая создается для расширения присутствия на основном рынке.

Кстати, немногие знают, что рынок е-коммерца Поднебесной более чем в 3 раза превышает объем американского. Это несмотря на то, что практически все прочие секторы экономики США пока остаются самыми емкими в мире.

Юнит-экономика ч.I

Unit-economics.jpg

Так, на прошлой неделе рассказывал про типы инвесторов в технологические компании. Кстати, уверен, что скоро само словосочетание “технологическая компания” нивелируется, исчезнет, тк все бизнесы будут технологическими и цифровыми в той или иной мере. В ближайшее время продолжу цикл про венчурную отрасль и инвестиции. А сегодня другая тема (которая, кстати, давно лежала у меня про запас).

Последнее время мы часто рассуждаем о юнит-экономике. Или проще говоря — экономике проекта. Ведь иногда в технологических стартапах слишком заигрываются процессом и/или конкурентными войнами. Или даже просто заигрываются — без особенной стратегической цели. А экономика такое небрежение не прощает, как известно.  

Юнит-экономика — сравнительно новомодный термин, применяется в цифровой экономике. Упрощенно, это расчет прибыли (или убытка) на клиента. Клиент может вернуться и сделать повторные покупки/заказы — это меняет экономику на единицу продукции/услуги, тк позволяет разнести расходы на маркетинг (приобретение клиента) на несколько продаж (retention). Для наглядного отображения возвратности клиентов строят графические когорты (график медианных значений по повторным заказам в периоде времени).

Тут же и понятие life-time value (LTV) — расчет доходности со среднего клиента за средний срок его пользования услугами/продуктами компании. Именно LTV следует учитывать при оценке целесообразности разработки того или иного канала продаж — сравнение LTV клиентов из разных каналов со стоимостью привлечения клиента в этом канале необходимо для расчета составляющих юнит-экономики по продукту. Это комбинация юнит-экономик маркетинговых каналов и глубин этих каналов (сколько клиентов можно стабильно привлекать из каждого канала по обозначенной стоимости привлечения).

Также появляется понятие average revenue per user (ARPU) — выручка с каждого привлеченного пользователя. Для некоторых бизнесов (например, разработчиков мобильных игр и прочих сервисов, где превалирует free-to-use) актуальна модификация — average revenue per paying user (ARPPU) — расчет выручки с каждого платящего клиента. Помимо игровой отрасли это может быть медийная сфера (онлайн-СМИ), разработка мобильных приложений, онлайн-кинотеатры, и проч.

Юнит-экономика имеет тенденцию меняться с ростом бизнеса. И совсем не обязательно в сторону снижения затрат. Успешные на раннем этапе (определенном масштабе, географии и тд) развития бизнеса каналы привлечения клиентов выбираются (опустошаются), а клиенты из новых каналов могут быть дороже, иметь другой LTV и retention. Это может кардинально менять экономику проекта по мере развития бизнеса.

Например, для вашего бизнеса наиболее актуален канал контекстной рекламы, вы настраиваете кампании и получаете клик за 10 рублей, а конверсию в продажу за 100. Далее продаете за 150. Для простоты будем считать юнит-экономику только из переменных затрат в виде рекламы. Изменение стоимости клика и/или конверсии в продажу кумулятивно на 50% сделают канал нерентабельным. Или же канал может давать только 100 клиентов в сутки, соответственно упершись в потолок по конверсиям вы либо ищите новые каналы клиентов, либо добавляет продукты в линейку, изменяя ARP(P)U и/или LTV. Это пример маркетингового канала, который актуален как для онлайн-медиа, так и интернет-магазина стройматериалов.

Да-да, этот самый регулярный дотошный расчет юнит-экономики с постоянной актуализацией текущей прогноза позволит заранее увидеть тревожные тенденции и выработать (антикризисный) план. Это первый (а часто, и последний, к сожалению) инструмент менеджера и предпринимателя.

Венчур ч.1

photo_2018-03-24_02-00-32.jpg

Начинаю тему венчурных инвестиций — что-как-где-почем. На прошлой неделе был пост о разнице между венчурными фондами и PE-фондами (private equity). Сегодня углубимся в тему — когда, от кого, что привлекать.

Венчурные инвестиции привлекают стартапы — молодые (технологические) компании, которым нечего предложить банкам и которых не финансируют корпорации через долгосрочные контракты. Про банки и финансирование от них я уже рассказывал вскользь в публикации об особенностях открытия счета за рубежом. Привлечение же крупной корпорации на финансирование контракта молодой компании — тоже в своей сути разновидность венчурных инвестиций, но там свои, совершенно специфические, нюансы работы с “инвестором” (где ключевую роль играют связи — см ниже 3F). Оставим на будущее рассказ о таких типах фондирования.

Молодые технологические (и технологичные) компании могут привлекать средства от основателей проекта, их семей-друзей (тн 3F — friends, fools and family), ангелов (физлица-инвесторы), от венчурных фондов (venture capital) или от PE-фондов (private equity).

Как известно, проект проходит через ряд последовательных стадий развития — pre-seed, seed, series A, series B, C, D.. и тд согласно английскому алфавиту. В конце же все заканчивается поглощением большой корпорацией (тн стратегическим инвестором), размещением акций на бирже (IPO), затуханием и превращением в частную компанию, ну или же закрытием проекта (“что-то пошло не так” и/или не туда).

Ангелы и VC, как правило, смотрят на вторую и третью стадии (seed, series A), а PE — на следующие (series B, C, D, E, и тд). Водоразделом между венчурными инвесторами и PE-фондами можно считать выход проекта на уверенную (постоянную) прибыльность. Хотя и тут все достаточно условно. Uber вышел на прибыльность? Нет. И возможно никогда не выйдет. Но привлекает, и уже давно, квазибанковское финансирование (об этом мы также поговорим в одной из будущих публикаций).

До seed (посевной стадии, когда создан прототип и доказана востребованность рынком), как правило, тоже надо как-то добраться — там помогут только инвестиции из собственного кармана или деньги от друзей (3F). Формат ICO я, честно говоря, считаю развитием идеи 3F — регулирование затруднено, решения редко принимаются на основании здравого смысла (хотя бы в силу отсутствия статистики по проекту), а проблемы решаются по понятиям.

Сложнее всего найти деньги на свой первый проект. На вторую идею и далее  привлекать инвестиции будет значительно проще. Но только в случае доказанного успеха первого начинания!

Технологии выбора

cfo-01.jpg

В любом объединении людей есть неформальные лидеры. Объединение = организация, сеть людей, связанных между собой отношениями. Так вот, ни для кого не секрет, что такие неформальные лидеры формируют мнение социальной группы. По-английски их называют opinion leaders.

Также их называют лидерами мнений. Сейчас этим термином чаще обозначают блогеров, но я использую его в более широком смысле.

Наиболее полно проявляется привлечение opinion leaders в политических выборах, во время (или перед) военными конфликтами, во время экономических кризисов. Как находить и использовать для своих задач opinion leaders.

Думаю, любому здравомыслящему человеку понятно, что управление толпой всегда происходит через манипуляцию. Настоящая демократии в реальной жизни — совершенно эфемерное понятие. Оно недостижимо в первую очередь в силу сути человеческого сознания и базового устройства социума. И думаю, не будет достигнуто человечеством никогда. Только когда человечество само перестанет быть им, перейдет на совершенно другой этап эволюции.

С другой стороны, возможно достижение некоего рационального баланса между манипуляцией настроениями общества и достижением общественной полезности при этом. Мне кажется, с развитием цифровой экономики социальная инженерия должна эволюционировать именно в таком направлении. И ключевую роль в этом процессе будут играть именно лидеры мнений, общепризнанные эксперты в отдельных дисциплинах/областях.

Недавно мне рассказали интересную идею. Прямые выборы могут быть структурированы в два уровня. В такой системе гражданин напрямую выбирает своего представителя. Представитель, этот локальный opinion leader, идет от, скажем, 1000 человек. А дальше он представляет интересы этой группы на прямых выборах и в диалоге с исполнительной властью. Тот же самый депутат, но значительно ближе к избирателю, нежели чем представитель нижней палаты парламента.

Контроль за таким лидером может осуществляться современными цифровыми методами. Все встречи, действия, планы фиксируются онлайн, а любой избиратель в любой момент может оценивать их лайками или рейтингами, как в соцсетях.

Про ответственность

Два года назад я написал пост в фб. Про ответственность. Ответственность перед собой, перед окружающими, перед будущими поколениями.

К этой публикации меня подтолкнула статья Профессора Принстонского университета Аванаша Диксита о будущем развития нашего общества.

Что самое интересное, прочитав свой очерк и эту статью по прошествии двух лет, я не нашел, в чем бы я хотел по существу исправить тот текст. Думаю, сегодня подходящий день повторить публикацию.

Screen Shot 2018-03-19 at 22.39.11.png

“Наткнулся тут на интересную статью, которая легла т.н. bottomline к ряду недавних или еще длящихся дискуссий о:

(1) общественной полезности концепции безусловного дохода и отрицательном налоге на доходы индивидов;

(2) прогнозов неизбежного «заката европы» (да, именно с маленькой буквы, тк это скорее общение — читайте, заката Китая, краха доллара, исчерпания концепции демократии и тд);

(3) ожидания экономического апокалипсиса, или наоборот — разворота цен на ресурсы, возврата мировой экономики к росту — как говорят, дальнейшей консервации неработающей модели и передачу проблем (которые, как застарелая серьезная хроническая болезнь, приведут к вполне прогнозируемому финалу) на головы следующему поколению…

Все это, как правильно указывает автор, суть основной текущей проблемы нашего социума (в глобальном смысле) — в эгоистичной мотивации сиюминутной прибылью, статусом, желаниями. И это в равной степени проблема и ответственность не только богатых, но и бедных.

Разве справедливо перекладывать повышенные медицинские расходы государства за людей, которые осознанно ведут нездоровый образ жизни (имея предрасположенность к диабету, едят много сладкого, мучного и тд), на сознательных налогоплательщиков?

Или экологические проблемы будущих поколений, вызванные осознанным эгоистичным экономическим мотивом отдельных предпринимателей или групп лиц с достаточными лоббистскими возможностями в ущерб большей части населения?

Список можно продолжать очень долго.

Суть же в том, что необходимо строить общество лояльности не только к себе и своему ближнему кругу, но лояльности к будущим поколениям. А это начинается с простых ежедневных решений каждого индивида (не буду приводить набившие оскомину примеры про раздельный сбор мусора, минимальную заботу об общественных территориях…).В конце концов, это примерно как почистить зубы и помыться утром, чтобы не пахнуть плохо и быть опрятным. Только в масштабах всего социума, как в рамках нации, так и в рамках всего человечества.

Спросите, причем тут экономика и наши обычные темы про уберизацию, digital marketing, корпоративные финансы и прочее подобное.

Да самое непосредственное отношение — именно в таком мире (хотя бы непрерывно приближающемся к нему на бесконечно долгом отрезе истории) будет развиваться креативность и частная инициатива, мотивируемая такими (тоже условно корыстными, но уже социально ориентированными) целями прославиться — как инноватор, меценат науки, проповедник здорового образа жизни….

Именно к такому миру нас приближают правильная уберизация экономики, роботизация низкоквалифицированной или рутинной работы для высвобождения ресурсов для креативной деятельности, правильные соцмедиа, стартапы в финтехе….

Просто надо каждому из нас подумать об этом и постараться привыкнуть к перманентному внедрению небольших правильных изменений в своей жизни и работе. И мир каждый день станет немного ближе к идеалу.”

Стоимость денег

Когда писал пост про вложения в недвижимость уперся в неочевидность для многих нефинансистов сути стоимости денег.  

Многие наверно слышали, что деньги сегодня дороже денег завтра. Но не всегда это так. Деньги сегодня могут быть дешевле денег завтра. Это бывает, если экономика пребывает в хронической дефляции. В этом случае банки берут процент по срочным вкладам в свою пользу (то есть, не выплачивают вкладчику процент, а взимают его). Так было много лет подряд в Японии в 90-е годы.

Или происходит резкое обесценение принятых для инвестирования, имеющих свободное хождение, валют. Это влечет выход в более надежные, по мнению инвесторов, инструменты накопления, валюты, страны. Так, отрицательная ставка банковского процента была некоторое время назад в Швейцарии, когда доллар и евро стремительно теряли в цене. Я лично наблюдал это во время работы в банке в Люксембурге в 2013-14 гг. Тогда инвесторы перекладывались в более надежную валюту и юрисдикцию — швейцарский франк и собственно Швейцарию.

Вернемся же к инфляционной экономике. На сколько завтра деньги будут дешевле, чем сегодня? Как минимум — на реальную инфляцию (обесценение денег). А по-хорошему, сверху надо добавить условно безрисковую доходность за тот же период. Как правило, это разница между ставкой по госдолгу и инфляцией. В России сейчас эта разница в районе 3%.

Для России на данный момент я бы принял общую величину за 10% годовых. Это на 2-3% больше ставки по госдолгу, но более ли менее адекватно отражает инфляционное влияние на сбережения. И для расчетов удобно.